Просветите, какие перспективы? Верховный суд - это последнее средство правовой защиты от незаконного, необоснованного или несправедливого осуждения? Или потом в Европу?Банкир Алексей Френкель, приговоренный к 19 годам лишения свободы за организацию убийства первого зампреда ЦБ РФ Андрея Козлова, намерен обжаловать вынесенный ему приговор, сообщил журналистам после оглашения решения суда отец банкира Ефим Френкель.
Согласно законодательству, после получения полной версии решения в течение десяти дней у приговоренных, а также их защитников есть возможность обжаловать это решение в высшей судебной инстанции. Таким образом, жалоба Френкеля должна быть подана в Верховный суд РФ.
Как в свою очередь заявил брат банкира Михаил Френкель, обжалование решения Мосгорсуда закономерно, "поскольку все дело шито белыми нитками".
РИА Новости
Обжалование приговора в Верховном суде РФ
Модератор: Булавоносец
Обжалование приговора в Верховном суде РФ
13.11.2008 15:35
Re: Обжалование приговора в Верховном суде РФ
Насколько я знаю, после кассационного постановления Верховного суда приговор вступает в силу. Потом еще можно подавать надзорные жалобы, но уже тащась по этапу и сидя в колонии строгого режима... В Европейский - сразу после решения Верховного суда. Но это очень долгая история, они там годами раскачиваются.
В Верховном есть некоторая надежда. На днях они признали незаконным арест группы Бульбова - тоже казус государственного масштаба. Правда, Следкому закон не писан, при том что и Генпрокуратура на стороне Бульбова: бастрыкинцы открыли дело задним числом и были таковы...
Гребенщикову - поклон глубочайший. Восхищен!
В Верховном есть некоторая надежда. На днях они признали незаконным арест группы Бульбова - тоже казус государственного масштаба. Правда, Следкому закон не писан, при том что и Генпрокуратура на стороне Бульбова: бастрыкинцы открыли дело задним числом и были таковы...
![Смущён :oops:](./images/smilies/icon_redface.gif)
Гребенщикову - поклон глубочайший. Восхищен!
Re: Обжалование приговора в Верховном суде РФ
Марик, не обольщайтесь. Френкель никогда не будет оправдан, поскольку процесс проведен в рамках закона, его вина доказана, а его деньги уже ему не помогут, потому что в этой жизни, какой бы она не была поганой из-за всяких негодяев, не все еще можно купить. А вам советую купить совесть и граммов сто честности.
Увидела вчера информацию...
Так что возможно Верховный суд прислушаются к требованиям следовать законности и справедливости.Правозащитники нашли причины для отмены приговора Френкелю
Российские правозащитники обнародовали доклад о нарушениях, допущенных, по их мнению, при расследовании убийства зампреда Центробанка Андрея Козлова, и потребовали отменить приговор.
По словам председателя Московской хельсинкской группы Людмилы Алексеевой, приговор должен быть отменен, учитывая допущенные процессуальные нарушения. В частности, правозащитники обращают внимание на то, что в день ареста Алексея Половинкина и Максима Прогляды, которые считаются непосредственными исполнителями убийства, в Москве были задержаны их жены, гражданки Украины. По мнению авторов доклада, это было сделано с целью давления на подозреваемых.
Правозащитники, кроме того, считают неправомерным закрытый характер процесса, "манипуляции" с коллегией присяжных, обращают внимание на избиение обвиняемых и недостаточно тщательное изучение судом результатов баллистической экспертизы. Ранее в СМИ уже появлялись критические материалы относительно хода и итогов процесса.
lenta.ru
Рассмотрение жалобы на приговор состоится 23 сентября 2009 года.
Интересно сколько страниц в жалобе? Огрехов в процессе было много...
----
Увидела в сети статью по мотивам этого судебного процесса:
Подлинное торжество. Но закона ли?
...
«Басманное правосудие — устоявшийся термин оппозиционной политической публицистики. Так различными авторами называется судебная система, которая сложилась в начале 2000-х годов в России, характеризующееся, по их мнению, низкой степенью независимости судебных органов в принятии решений; постановлениями, удобными для властей, но идущими вразрез с законностью. В крайних случаях употребляется в смысловом значении как заказной суд, инструмент политических репрессий, синоним несамостоятельности суда. Получило название от наименования Басманного районного суда города Москвы, известного проведением громких и спорных судебных процессов, вызвавших разностороннюю критику в адрес российской судебной системы, в частности по делу Михаила Ходорковского», - гласит Википедия.
Заказной суд - так можно коротко перевести этот термин. Суд, исход которого предрешён заранее, и весь процесс нужен лишь для того, чтобы вынести уже назначенное решение.
Неважно, где происходит действие: в Тверском, Хамовническом, Басманном, Мещанском, Волгоградском, Читинском, Грозненском судах и прочих – везде правосудие будет басманным, когда принят нужный уклон. И если начало эпохи путинского «мочилова с сортирах» ознаменовалось делами «учёных-шпионов», «чеченским следом», началом «дела ЮКОСа», то и плавный переход к эпохе медведевского «истинного уважения к закону» почему-то пока ничем от первого не отличается. Более того, методы ведения следствия с каждым новым таким делом всё более оттачиваются, каждый прецедент удачно проведённого беззаконного действия закрепляется, а пренебрежение элементарными нормами приличий демонстрируется все более открыто.
Не только методы, но и деятели такого «правосудия» часто повторяются, кочуя из дела в дело, изменяясь только в области погон. Скромные майоры и подполковники юстиции имеют неплохие шансы быстро повыситься в званиях до полковников и даже генералов. Некоторым работникам прокуратуры особенно повезло – помимо повышения их поощрили и почётными наградами. Судьям тоже предоставляется редкостная возможность сделать стремительную карьеру и перебраться из провинциального городка в столицу, с решением всех материальных и жилищных проблем, что и произошло с наиболее ответственными из представителей «басманных» судилищ последних лет.
Так что, движение и развитие в правовой области налицо. Точно так же, как и в области свободы слова, которая тоже должна быть, по идее, лучше, чем несвобода. Но, практика показывает, что последние годы со СМИ происходят примерно те же перемены, что и с судами. Исключительно в сторону «правильного» освещения событий. Те журналисты, которые пытаются донести до сограждан происходящее так, как им это видится, а не так, как надо – очень легко смогут увидеть это самое басманное правосудие изнутри. Процессы над журналистами, редакторами и даже просто блоггерами-любителями стали едва ли не отличительным признаком сегодняшней реальности.
Неважно кто ты: заметная фигура в обществе или совершенно обычный безвестный гражданин, участвуешь в политике или интересуешься только бытовыми проблемами, лоялен власти или считаешь себя оппозиционером - любой может оказаться в клетке или стеклянном «аквариуме» в зале заседаний суда. Общество, стремительно скатывающееся в тоталитаризм, быстро усваивает его основной принцип: жизнь каждого отдельного человека – ничто. Попав, даже по нелепой случайности или по ошибке, в лапы «басманного правосудия» - выбраться оттуда непокалеченным почти невозможно.
Роковую роль может сыграть любое обстоятельство. Эта бесчеловечная машина не щадит ни богатых, ни именитых, ни заслуженных, ни высокообразованных. О заметных фигурах мы хотя бы что-то знаем. А сколько бедных, необразованных, не знающих своих прав, не имеющих адвоката? Часто, когда в заключении оказывается юридически грамотный человек, выясняется, что среди его «собратьев по несчастью» есть люди, отбывающие срок абсолютно незаконно.
Поводом для попадания в эту «мясорубку судьбы» может послужить что угодно: профессия, место проживания, национальность, уровень достатка, список знакомых, даже просто особенности биографии и черты характера, которые «ваятели» уголовного дела сочтут достаточно перспективными для раскрутки. Особенности отчётности о проделанной работе зачастую заставляют оперативных работников буквально хватать кого попало и наскоро «шить дело», чтобы выполнить план. Процент раскрываемости ничего не говорит о реальной результативности, потому что огромное количество людей оговаривают себя и других в результате «следственных действий», включающих в себя самые различные методы воздействия на подозреваемых вплоть до пыток. А на суде, часто необоснованно закрытом, заявления участников о самооговоре под нажимом следователей никак не влияют на исход дела, если этот исход был предрешен еще до суда.
Пересматривается в ходе судебной реформы и степень участия в отправлении правосудия присяжных – исключительно в сторону ее уменьшения: область полномочий присяжных постоянно сужается, а список требований соответствия на эту роль – расширяется. При этом узнать, как и кто именно попал в списки присяжных, не могут, как выяснилось, даже адвокаты с их официальными запросами. Люди просто появляются на суде, принцип их отбора неизвестен, но малейшее колебание в сторону не того уклона, который намечен судьёй, приводит к тому, что суд выводит присяжных из процесса: по одному, группами и целым списком.
Это главное действующее лицо – судья – обладает в «басманном правосудии» беспрецедентными полномочиями, не ограниченными ни законом, ни рамками приличий, ни угрызениями совести. Судья может сделать закрытым любой процесс на абсолютно надуманных и ничем не подтверждённых основаниях. Может скрывать от присяжных необходимую для объективного рассмотрения дела информацию. Отказывать стороне защиты не только в вызове важных свидетелей, но и в проведении необходимых экспертиз, и даже, имея результаты уже проделанных – скрывать их от присяжных!
Все эти методы, одно только описание которых шокирует порядочных людей, ничуть не вызывают неудобства у действующих лиц – гособвинителей и судей, неоднократно «засветившихся» на громких процессах последних лет. И не надо думать, что всё это происходило до эпохи начала «борьбы с правовым нигилизмом» нынешнего президента Дмитрия Медведева! Как раз уже после принесения президентом присяги, в которой, кстати, есть и слова «уважать и охранять права и свободы человека и гражданина», спустя несколько месяцев после этого события завершился очередной показательный процесс: дело об убийстве зампреда Центробанка Андрея Козлова. Процесс, проходивший в Мосгорсуде, вместил в себя все особенности заказного суда - того самого «басманного правосудия».
Виновность людей, осуждённых в рамках этого дела, абсолютно не доказана, и в любом другом, демократическом и правовом государстве, было бы абсолютно невозможно вынести обвинительный вердикт на основании представленных доказательств и способов ведения дела. Но в нашей стране – возможно, осуществимо и выполнено. Дело «государственной важности», скорейшее раскрытие которого было на всю страну обещано самим Генпрокурором Чайкой самому президенту Путину в канун профессионального праздника прокурора – действительно, вскоре было объявлено раскрытым.
Заказчиком убийства был признан банкир Алексей Френкель, исполнителями – гастарбайтеры с Украины, посредницей – женщина, нуждающаяся на момент задержания в медицинской помощи, подписавшая в этом состоянии все предложенные документы, и потом, придя в себя, отказавшаяся от своих показаний.
Алексей Френкель не только не признал себя виновным. Он с первого до последнего дня боролся за своё честное имя. Не веря в возможность вынесения обвинительного приговора, Френкель не скрылся до ареста, хотя был предупреждён о том, что его уже «наметили». Уже будучи арестованным, он не верил в то, что его могут осудить, и всячески пытался доказать, что это досадная ошибка, что истинные убийцы и заказчики остаются на свободе. Он пытался довести в своих открытых письмах до сознания общественности как своё отсутствие мотива в убийстве зампреда, так и наличие таких мотивов у совершенно других лиц и кругов. Одно то, что Френкель успешно судился в арбитражных судах, уже выглядит достаточно веско, чтобы признать этот способ борьбы вполне эффективным. Но кто-то Козлова, однако, убил, и, очевидно, этот «кто-то» был настолько недосягаем для любого уровня ведения расследования, что прокурор Чайка предпочёл успокоить президента Путина, что раскроют дело так, как надо.
И «раскрыли». Судья Олихвер до этого уже вошла в историю своим участием в первом суде по «делу Пичугина», проведённым ею абсолютно в том же «басманном» стиле: начиная с объявления процесса закрытым по абсолютно невразумительным и так и не обоснованным причинам, продолжая манипуляциями с присяжными, вплоть до полной их замены при первом же подозрении, что коллегия склоняется к оправданию, и заканчивая полным запретом стороне защиты использовать показания свидетелей и результаты экспертиз, которые могли бы доказать ошибочность выводов обвинителей. Бесцеремонность и грубость этой судьи запомнилась всем, кто имел несчастье с ней столкнуться.
Общение Алексея Френкеля с присяжными на протяжении всего процесса суммарно составило всего четыре часа! Зато пребывание в карцере «Матросской тишины» площадью менее чем четыре квадратных метра побило абсолютно все рекорды данного учреждения: более восьмидесяти суток! Френкель водворялся в карцер по поводу и без повода, подвергаясь при этом избиениям и оскорблениям, и никто не скрывал, что единственное хорошее поведение, которое устроило бы следствие – это признание вины в преступлении, которого он не совершал, то есть, самооговор. На это Френкель не пошёл. Всё обвинение строилось исключительно на «признательных показаниях» Аскеровой, которая впоследствии раскаялась в этой клевете, просила у Френкеля прощения и назвала сама себя «дешёвкой», отказываясь от «явки с повинной», которую от неё получили сразу после ареста. После такого поворота событий Френкель и его адвокаты были уверены, что обвинение развалится.
Однако, чтобы быть в этом уверенным, надо совершенно недооценивать методов работы судьи Олихвер. Эта «железная леди» буквально на себе вытащила «дело», прикрывая то, что нужно, и удаляя то, что не нужно. Присяжные в этом деле менялись как перчатки, до тех пор, пока не получился «нужный» состав. В ход шли любые меры: одних склоняющихся к оправданию присяжных могли поймать на улице, притащить в отделение милиции, допрашивать там, а потом обвинить в раскрытии тайны следствия (допрашивающим оперативникам). Других «неблагонадёжных» обвинили в попытках подкупа. Для удаления третьих просто достаточно было прокурору Ибрагимовой (ныне звездящей на втором процессе ЮКОСа) увидеть их на улице с кем-то… У нескольких присяжных даже были произведены обыски дома безо всяких санкций суда! В ход шли любые «воспитательные» меры.
Когда же был случайно записан разговор судьи с одной из присяжных в перерыве заседания суда, красноречиво свидетельствующий о влиянии судьи на присяжную – этот эпизод никак не повлиял на ход следствия и репутацию Олихвер. Единственные, кому досталось – это адвокаты! Кроме того, из данного инцидента были сделаны выводы на будущее: могу лично засвидетельствовать, что, например, в Хамовническом суде, где сейчас идёт второй процесс Лебедева-Ходорковского, теперь соблюдаются такие меры безопасности, что совершенно нереально забыть в зале диктофон на время перерыва.
Что касается неопровержимых доказательств, могущих послужить аргументами в пользу невиновности арестованных лиц в инкриминируемом деянии – убийстве, то таковые присяжным заслушать не пришлось. Когда защитники представили суду важного свидетеля – виднейшего эксперта страны по баллистике, выводы которого утверждали, что из оружия, которое фигурирует в деле, выстрелы просто не могли быть произведены – этот свидетель был судьёй немедленно удалён. Так что присяжные так до конца и оставались в неведении относительно того простого факта, что калибр патронов не соответствует оружию, а в одном стволе вообще внутри застрял патрон, и он выстрелить никак не мог!
Точно также остались скрытыми и такие простые, но беспощадно ломающие всю линию обвинения факты, как точно установленное время и место нахождения обвиняемых. То, что в установленный момент убийства украинцы-гастарбайтеры, названные обвинением исполнителями преступления, уже находились далеко от этого места – тоже осталось для присяжных тайной за семью печатями, наложенными бдительной судьёй. Интересно, после такой «работы» судье Олихвер не режет слух обращение «Ваша честь»?
И, главное, из «дела» совершенно исчез в неизвестном направлении один из фигурантов, вначале объявленный в розыск, а впоследствии, после нахождения – канувший в лету. Упоминание этого звена было особым «табу» судьи Олихвер. Того самого участника, который, собственно, и нанял нескольких приезжих на эту непыльную «подработку» - следить за перемещениями Козлова и докладывать об этом. Незадачливые «хвосты» буквально чудом оказались не на месте убийства, так как просто успели, отследив, что Козлов вошёл на стадион, уехать оттуда. Но, это чудо пока не сыграло никакой роли в судьбах этих несчастных, так как безусловный факт их отсутствия на месте преступления оказался лишним в цепочке других, тщательно подогнанных один к одному профессионалами своего дела.
То, что в зале заседаний присутствовали живые люди, а не просто «фигуранты» - не имеет с позиции «басманного правосудия» никакого значения. В деле «государственной важности» единственно важным является только сам факт этого дела. И к участию в нём допущены особо доверительные персоны. Для которых судьба конкретного, живого человека – ничто, сам он – пустое место, а единственным допустимым результатом отправления «правосудия» над ним является приговор. Всякий, попавший в этот молох – для обвинителей не человек, а так, судебный материал… Сырьё для надлежащей обработки согласно инструкции по применению… Горючее для двигателя карьеры…
А ценность любой продукции – в чём? В соответствие госстандарту. Поэтому, люди, вроде Френкеля, не соответствующие этим стандартам ведения «дел», сопротивляющиеся бесчеловечной машине, сохраняющие свою совесть от оговора себя и других – вызывают у вершителей «правосудия», наверное, только раздражение. Нет бы, чтобы смириться, подыграть, затихнуть. Дать им, труженикам юстиции, пожинающим свои лавры, отдохнуть спокойно. Так нет же, всё пишут, куда не следует, всяческие апелляции, кассации, жалобы в Европейский суд подают. С надеждой ждут предстоящего рассмотрения кассационной жалобы в Верховном суде России… Наверное, всё же верят словам президента РФ о том, что он действительно собирается «при осуществлении полномочий», как сказано в присяге, уважать и защищать их права. И в своей статье, на днях опубликованной, Дмитрий Анатольевич Медведев не обошёл данный вопрос: «Необходимо устранить неправовое влияние на судебные акты, какими бы соображениями оно ни диктовались», - написал. Вот оно, подлинное торжество закона. Похоже, наконец, грядёт. Ну что ж, будем жить надеждой…
из статьи Анны Сорокиной
Интересно сколько страниц в жалобе? Огрехов в процессе было много...
----
Увидела в сети статью по мотивам этого судебного процесса:
Подлинное торжество. Но закона ли?
...
«Басманное правосудие — устоявшийся термин оппозиционной политической публицистики. Так различными авторами называется судебная система, которая сложилась в начале 2000-х годов в России, характеризующееся, по их мнению, низкой степенью независимости судебных органов в принятии решений; постановлениями, удобными для властей, но идущими вразрез с законностью. В крайних случаях употребляется в смысловом значении как заказной суд, инструмент политических репрессий, синоним несамостоятельности суда. Получило название от наименования Басманного районного суда города Москвы, известного проведением громких и спорных судебных процессов, вызвавших разностороннюю критику в адрес российской судебной системы, в частности по делу Михаила Ходорковского», - гласит Википедия.
Заказной суд - так можно коротко перевести этот термин. Суд, исход которого предрешён заранее, и весь процесс нужен лишь для того, чтобы вынести уже назначенное решение.
Неважно, где происходит действие: в Тверском, Хамовническом, Басманном, Мещанском, Волгоградском, Читинском, Грозненском судах и прочих – везде правосудие будет басманным, когда принят нужный уклон. И если начало эпохи путинского «мочилова с сортирах» ознаменовалось делами «учёных-шпионов», «чеченским следом», началом «дела ЮКОСа», то и плавный переход к эпохе медведевского «истинного уважения к закону» почему-то пока ничем от первого не отличается. Более того, методы ведения следствия с каждым новым таким делом всё более оттачиваются, каждый прецедент удачно проведённого беззаконного действия закрепляется, а пренебрежение элементарными нормами приличий демонстрируется все более открыто.
Не только методы, но и деятели такого «правосудия» часто повторяются, кочуя из дела в дело, изменяясь только в области погон. Скромные майоры и подполковники юстиции имеют неплохие шансы быстро повыситься в званиях до полковников и даже генералов. Некоторым работникам прокуратуры особенно повезло – помимо повышения их поощрили и почётными наградами. Судьям тоже предоставляется редкостная возможность сделать стремительную карьеру и перебраться из провинциального городка в столицу, с решением всех материальных и жилищных проблем, что и произошло с наиболее ответственными из представителей «басманных» судилищ последних лет.
Так что, движение и развитие в правовой области налицо. Точно так же, как и в области свободы слова, которая тоже должна быть, по идее, лучше, чем несвобода. Но, практика показывает, что последние годы со СМИ происходят примерно те же перемены, что и с судами. Исключительно в сторону «правильного» освещения событий. Те журналисты, которые пытаются донести до сограждан происходящее так, как им это видится, а не так, как надо – очень легко смогут увидеть это самое басманное правосудие изнутри. Процессы над журналистами, редакторами и даже просто блоггерами-любителями стали едва ли не отличительным признаком сегодняшней реальности.
Неважно кто ты: заметная фигура в обществе или совершенно обычный безвестный гражданин, участвуешь в политике или интересуешься только бытовыми проблемами, лоялен власти или считаешь себя оппозиционером - любой может оказаться в клетке или стеклянном «аквариуме» в зале заседаний суда. Общество, стремительно скатывающееся в тоталитаризм, быстро усваивает его основной принцип: жизнь каждого отдельного человека – ничто. Попав, даже по нелепой случайности или по ошибке, в лапы «басманного правосудия» - выбраться оттуда непокалеченным почти невозможно.
Роковую роль может сыграть любое обстоятельство. Эта бесчеловечная машина не щадит ни богатых, ни именитых, ни заслуженных, ни высокообразованных. О заметных фигурах мы хотя бы что-то знаем. А сколько бедных, необразованных, не знающих своих прав, не имеющих адвоката? Часто, когда в заключении оказывается юридически грамотный человек, выясняется, что среди его «собратьев по несчастью» есть люди, отбывающие срок абсолютно незаконно.
Поводом для попадания в эту «мясорубку судьбы» может послужить что угодно: профессия, место проживания, национальность, уровень достатка, список знакомых, даже просто особенности биографии и черты характера, которые «ваятели» уголовного дела сочтут достаточно перспективными для раскрутки. Особенности отчётности о проделанной работе зачастую заставляют оперативных работников буквально хватать кого попало и наскоро «шить дело», чтобы выполнить план. Процент раскрываемости ничего не говорит о реальной результативности, потому что огромное количество людей оговаривают себя и других в результате «следственных действий», включающих в себя самые различные методы воздействия на подозреваемых вплоть до пыток. А на суде, часто необоснованно закрытом, заявления участников о самооговоре под нажимом следователей никак не влияют на исход дела, если этот исход был предрешен еще до суда.
Пересматривается в ходе судебной реформы и степень участия в отправлении правосудия присяжных – исключительно в сторону ее уменьшения: область полномочий присяжных постоянно сужается, а список требований соответствия на эту роль – расширяется. При этом узнать, как и кто именно попал в списки присяжных, не могут, как выяснилось, даже адвокаты с их официальными запросами. Люди просто появляются на суде, принцип их отбора неизвестен, но малейшее колебание в сторону не того уклона, который намечен судьёй, приводит к тому, что суд выводит присяжных из процесса: по одному, группами и целым списком.
Это главное действующее лицо – судья – обладает в «басманном правосудии» беспрецедентными полномочиями, не ограниченными ни законом, ни рамками приличий, ни угрызениями совести. Судья может сделать закрытым любой процесс на абсолютно надуманных и ничем не подтверждённых основаниях. Может скрывать от присяжных необходимую для объективного рассмотрения дела информацию. Отказывать стороне защиты не только в вызове важных свидетелей, но и в проведении необходимых экспертиз, и даже, имея результаты уже проделанных – скрывать их от присяжных!
Все эти методы, одно только описание которых шокирует порядочных людей, ничуть не вызывают неудобства у действующих лиц – гособвинителей и судей, неоднократно «засветившихся» на громких процессах последних лет. И не надо думать, что всё это происходило до эпохи начала «борьбы с правовым нигилизмом» нынешнего президента Дмитрия Медведева! Как раз уже после принесения президентом присяги, в которой, кстати, есть и слова «уважать и охранять права и свободы человека и гражданина», спустя несколько месяцев после этого события завершился очередной показательный процесс: дело об убийстве зампреда Центробанка Андрея Козлова. Процесс, проходивший в Мосгорсуде, вместил в себя все особенности заказного суда - того самого «басманного правосудия».
Виновность людей, осуждённых в рамках этого дела, абсолютно не доказана, и в любом другом, демократическом и правовом государстве, было бы абсолютно невозможно вынести обвинительный вердикт на основании представленных доказательств и способов ведения дела. Но в нашей стране – возможно, осуществимо и выполнено. Дело «государственной важности», скорейшее раскрытие которого было на всю страну обещано самим Генпрокурором Чайкой самому президенту Путину в канун профессионального праздника прокурора – действительно, вскоре было объявлено раскрытым.
Заказчиком убийства был признан банкир Алексей Френкель, исполнителями – гастарбайтеры с Украины, посредницей – женщина, нуждающаяся на момент задержания в медицинской помощи, подписавшая в этом состоянии все предложенные документы, и потом, придя в себя, отказавшаяся от своих показаний.
Алексей Френкель не только не признал себя виновным. Он с первого до последнего дня боролся за своё честное имя. Не веря в возможность вынесения обвинительного приговора, Френкель не скрылся до ареста, хотя был предупреждён о том, что его уже «наметили». Уже будучи арестованным, он не верил в то, что его могут осудить, и всячески пытался доказать, что это досадная ошибка, что истинные убийцы и заказчики остаются на свободе. Он пытался довести в своих открытых письмах до сознания общественности как своё отсутствие мотива в убийстве зампреда, так и наличие таких мотивов у совершенно других лиц и кругов. Одно то, что Френкель успешно судился в арбитражных судах, уже выглядит достаточно веско, чтобы признать этот способ борьбы вполне эффективным. Но кто-то Козлова, однако, убил, и, очевидно, этот «кто-то» был настолько недосягаем для любого уровня ведения расследования, что прокурор Чайка предпочёл успокоить президента Путина, что раскроют дело так, как надо.
И «раскрыли». Судья Олихвер до этого уже вошла в историю своим участием в первом суде по «делу Пичугина», проведённым ею абсолютно в том же «басманном» стиле: начиная с объявления процесса закрытым по абсолютно невразумительным и так и не обоснованным причинам, продолжая манипуляциями с присяжными, вплоть до полной их замены при первом же подозрении, что коллегия склоняется к оправданию, и заканчивая полным запретом стороне защиты использовать показания свидетелей и результаты экспертиз, которые могли бы доказать ошибочность выводов обвинителей. Бесцеремонность и грубость этой судьи запомнилась всем, кто имел несчастье с ней столкнуться.
Общение Алексея Френкеля с присяжными на протяжении всего процесса суммарно составило всего четыре часа! Зато пребывание в карцере «Матросской тишины» площадью менее чем четыре квадратных метра побило абсолютно все рекорды данного учреждения: более восьмидесяти суток! Френкель водворялся в карцер по поводу и без повода, подвергаясь при этом избиениям и оскорблениям, и никто не скрывал, что единственное хорошее поведение, которое устроило бы следствие – это признание вины в преступлении, которого он не совершал, то есть, самооговор. На это Френкель не пошёл. Всё обвинение строилось исключительно на «признательных показаниях» Аскеровой, которая впоследствии раскаялась в этой клевете, просила у Френкеля прощения и назвала сама себя «дешёвкой», отказываясь от «явки с повинной», которую от неё получили сразу после ареста. После такого поворота событий Френкель и его адвокаты были уверены, что обвинение развалится.
Однако, чтобы быть в этом уверенным, надо совершенно недооценивать методов работы судьи Олихвер. Эта «железная леди» буквально на себе вытащила «дело», прикрывая то, что нужно, и удаляя то, что не нужно. Присяжные в этом деле менялись как перчатки, до тех пор, пока не получился «нужный» состав. В ход шли любые меры: одних склоняющихся к оправданию присяжных могли поймать на улице, притащить в отделение милиции, допрашивать там, а потом обвинить в раскрытии тайны следствия (допрашивающим оперативникам). Других «неблагонадёжных» обвинили в попытках подкупа. Для удаления третьих просто достаточно было прокурору Ибрагимовой (ныне звездящей на втором процессе ЮКОСа) увидеть их на улице с кем-то… У нескольких присяжных даже были произведены обыски дома безо всяких санкций суда! В ход шли любые «воспитательные» меры.
Когда же был случайно записан разговор судьи с одной из присяжных в перерыве заседания суда, красноречиво свидетельствующий о влиянии судьи на присяжную – этот эпизод никак не повлиял на ход следствия и репутацию Олихвер. Единственные, кому досталось – это адвокаты! Кроме того, из данного инцидента были сделаны выводы на будущее: могу лично засвидетельствовать, что, например, в Хамовническом суде, где сейчас идёт второй процесс Лебедева-Ходорковского, теперь соблюдаются такие меры безопасности, что совершенно нереально забыть в зале диктофон на время перерыва.
Что касается неопровержимых доказательств, могущих послужить аргументами в пользу невиновности арестованных лиц в инкриминируемом деянии – убийстве, то таковые присяжным заслушать не пришлось. Когда защитники представили суду важного свидетеля – виднейшего эксперта страны по баллистике, выводы которого утверждали, что из оружия, которое фигурирует в деле, выстрелы просто не могли быть произведены – этот свидетель был судьёй немедленно удалён. Так что присяжные так до конца и оставались в неведении относительно того простого факта, что калибр патронов не соответствует оружию, а в одном стволе вообще внутри застрял патрон, и он выстрелить никак не мог!
Точно также остались скрытыми и такие простые, но беспощадно ломающие всю линию обвинения факты, как точно установленное время и место нахождения обвиняемых. То, что в установленный момент убийства украинцы-гастарбайтеры, названные обвинением исполнителями преступления, уже находились далеко от этого места – тоже осталось для присяжных тайной за семью печатями, наложенными бдительной судьёй. Интересно, после такой «работы» судье Олихвер не режет слух обращение «Ваша честь»?
И, главное, из «дела» совершенно исчез в неизвестном направлении один из фигурантов, вначале объявленный в розыск, а впоследствии, после нахождения – канувший в лету. Упоминание этого звена было особым «табу» судьи Олихвер. Того самого участника, который, собственно, и нанял нескольких приезжих на эту непыльную «подработку» - следить за перемещениями Козлова и докладывать об этом. Незадачливые «хвосты» буквально чудом оказались не на месте убийства, так как просто успели, отследив, что Козлов вошёл на стадион, уехать оттуда. Но, это чудо пока не сыграло никакой роли в судьбах этих несчастных, так как безусловный факт их отсутствия на месте преступления оказался лишним в цепочке других, тщательно подогнанных один к одному профессионалами своего дела.
То, что в зале заседаний присутствовали живые люди, а не просто «фигуранты» - не имеет с позиции «басманного правосудия» никакого значения. В деле «государственной важности» единственно важным является только сам факт этого дела. И к участию в нём допущены особо доверительные персоны. Для которых судьба конкретного, живого человека – ничто, сам он – пустое место, а единственным допустимым результатом отправления «правосудия» над ним является приговор. Всякий, попавший в этот молох – для обвинителей не человек, а так, судебный материал… Сырьё для надлежащей обработки согласно инструкции по применению… Горючее для двигателя карьеры…
А ценность любой продукции – в чём? В соответствие госстандарту. Поэтому, люди, вроде Френкеля, не соответствующие этим стандартам ведения «дел», сопротивляющиеся бесчеловечной машине, сохраняющие свою совесть от оговора себя и других – вызывают у вершителей «правосудия», наверное, только раздражение. Нет бы, чтобы смириться, подыграть, затихнуть. Дать им, труженикам юстиции, пожинающим свои лавры, отдохнуть спокойно. Так нет же, всё пишут, куда не следует, всяческие апелляции, кассации, жалобы в Европейский суд подают. С надеждой ждут предстоящего рассмотрения кассационной жалобы в Верховном суде России… Наверное, всё же верят словам президента РФ о том, что он действительно собирается «при осуществлении полномочий», как сказано в присяге, уважать и защищать их права. И в своей статье, на днях опубликованной, Дмитрий Анатольевич Медведев не обошёл данный вопрос: «Необходимо устранить неправовое влияние на судебные акты, какими бы соображениями оно ни диктовались», - написал. Вот оно, подлинное торжество закона. Похоже, наконец, грядёт. Ну что ж, будем жить надеждой…
из статьи Анны Сорокиной
- MaxNina
- старший лейтенант TopA
- Сообщения: 191
- Зарегистрирован: 21 окт 2008, 16:17
- Откуда: Москва, Щелковская
Верховный суд вернул дело банкира Френкеля в Мосгорсуд для устранения процессуальных нарушений
Москва. 23 сентября. INTERFAX.RU - Верховный суд РФ снял с рассмотрения дело банкира Алексея Френкеля, осужденного на 19 лет заключения за организацию убийства первого зампредседателя ЦБ РФ Андрея Козлова. Дело возвращено в Мосгорсуд для устранения процессуальных нарушений.
rian.ru - "Уголовное дело в отношении осужденных Френкеля, Половинкина и других снять с рассмотрения в суде кассационной инстанции и вернуть в Мосгорсуд для выполнения требований статьи 260 УПК РФ", - сказал председатель судебной коллегии.
Таким образом, судья удовлетворил ходатайство обвиняемого в организации убийства Козлова банкира Алексея Френкеля, который сообщил суду, что принес на протокол судебного заседания 21 замечание, однако ответ был получен только на восемь из них.
Как пояснила РИА Новости адвокат другого фигуранта дела Лианы Аскеровой Карина Гарибян, "суд не рассмотрел замечание Френкеля на протокол, но он (протокол) должен считаться однозначным, должен иметь единый вид, учитывать все замечания всех сторон".
На заседании Френкель также ходатайствовал об отводе прокурору Гульчахре Ибрагимовой, полагая, что во время процесса в Мосгорсуде она несколько раз переходила на личности.
"В частности, обещала посадить защитника (Френкеля) Наталью Кирсанову, а это совершенно личностное заявление. Также на основании заявления одного прокурора я был лишен возможности предоставлять доказательства. И исходя из чистой мести - другого объяснения найти невозможно - она запрашивала для меня, человека, не имеющего отношения к убийству, пожизненное заключение",- сказал Френкель, отметив, что, по его мнению, это свидетельствует о предвзятом отношении прокурора.
Однако суд данное ходатайство отклонил.
Кроме того, еще один фигурант дела Алексей Половинкин заявлял в суде ходатайство о том, что он хотел бы ознакомиться с замечаниями Френкеля на протокол, поскольку, по его словам, подсудимые приняли решение не писать своих замечаний, чтобы не повторяться.
Согласно закону, после того, как суд первой инстанции рассмотрит все замечания на протокол, дело вновь будет назначено для слушания в Верховном Суде РФ.
Мосгорсуд 13 ноября 2008 года приговорил предполагаемого организатора убийства банкира Алексея Френкеля к 19 годам заключения. Пожизненный срок получил Алексей Половинкин, который, по версии следствия, является непосредственным исполнителем преступления. Еще пять фигурантов дела приговорены к лишению свободы на срок от 6 до 24 лет в колонии строгого режима.
Москва. 23 сентября. INTERFAX.RU - Верховный суд РФ снял с рассмотрения дело банкира Алексея Френкеля, осужденного на 19 лет заключения за организацию убийства первого зампредседателя ЦБ РФ Андрея Козлова. Дело возвращено в Мосгорсуд для устранения процессуальных нарушений.
rian.ru - "Уголовное дело в отношении осужденных Френкеля, Половинкина и других снять с рассмотрения в суде кассационной инстанции и вернуть в Мосгорсуд для выполнения требований статьи 260 УПК РФ", - сказал председатель судебной коллегии.
Таким образом, судья удовлетворил ходатайство обвиняемого в организации убийства Козлова банкира Алексея Френкеля, который сообщил суду, что принес на протокол судебного заседания 21 замечание, однако ответ был получен только на восемь из них.
Как пояснила РИА Новости адвокат другого фигуранта дела Лианы Аскеровой Карина Гарибян, "суд не рассмотрел замечание Френкеля на протокол, но он (протокол) должен считаться однозначным, должен иметь единый вид, учитывать все замечания всех сторон".
На заседании Френкель также ходатайствовал об отводе прокурору Гульчахре Ибрагимовой, полагая, что во время процесса в Мосгорсуде она несколько раз переходила на личности.
"В частности, обещала посадить защитника (Френкеля) Наталью Кирсанову, а это совершенно личностное заявление. Также на основании заявления одного прокурора я был лишен возможности предоставлять доказательства. И исходя из чистой мести - другого объяснения найти невозможно - она запрашивала для меня, человека, не имеющего отношения к убийству, пожизненное заключение",- сказал Френкель, отметив, что, по его мнению, это свидетельствует о предвзятом отношении прокурора.
Однако суд данное ходатайство отклонил.
Кроме того, еще один фигурант дела Алексей Половинкин заявлял в суде ходатайство о том, что он хотел бы ознакомиться с замечаниями Френкеля на протокол, поскольку, по его словам, подсудимые приняли решение не писать своих замечаний, чтобы не повторяться.
Согласно закону, после того, как суд первой инстанции рассмотрит все замечания на протокол, дело вновь будет назначено для слушания в Верховном Суде РФ.
Мосгорсуд 13 ноября 2008 года приговорил предполагаемого организатора убийства банкира Алексея Френкеля к 19 годам заключения. Пожизненный срок получил Алексей Половинкин, который, по версии следствия, является непосредственным исполнителем преступления. Еще пять фигурантов дела приговорены к лишению свободы на срок от 6 до 24 лет в колонии строгого режима.
- Levina
- старшина TopA
- Сообщения: 24
- Зарегистрирован: 15 окт 2008, 08:34
- Откуда: Москва
- Контактная информация:
Виктор, не обольщайтесь. На судьбе банкира Алексея Френкеля возврат дела никак не отразится. Дело возвращено по формальным основаниям. Верховный суд вернул дело в Мосгорсуд для устранения нарушений Уголовно-процессуального кодекса (УПК). После устранения процессуальных нарушений в Мосгорсуде дело снова рассмотрит Верховный суд. Посмотрим.Подскажите что случилось? Сгнили белые нитки, которыми шили дело?
***
Конечно никто не верит, что Френкель заказал Козлова. "Без вины обвиненный" - так пишут (Надежда Иванова).
В нынешнем сентябре исполнилось три года с тех пор, как произошло убийство первого зампредседателя Центробанка России Андрея Козлова, в организации которого Мосгорсуд признал виновным экс-банкира Алексея Френкеля, осудив его на 19 лет лишения свободы. 23 сентября 2009 года Верховный суд России рассматривал кассационную жалобу Алексея Френкеля на обвинительный приговор.
Дело ВИП
C Андреем Козловым у Френкеля, бывшего главы ВИП-банка, сложились отнюдь не лучшие отношения. Но если разобраться, то выясняется, что даже мотива для убийства у бывшего банкира не было. И единственное, чего хотел Френкель, — это не платить мзду криминальным чиновникам Центробанка.
Известно, что Френкель действовал в рамках существующих законов: его ВИП-банк судился с Центробанком в Московском арбитражном суде. Суд не раз принимал решения в пользу истца, но Центробанк подавал встречные иски. Крайне трудно представить себе человека, серьезно занятого законотворчеством и законоприменением, который вдруг разрубает весь узел кровопролитием. А потом еще и пишет статьи об этом. Зачем?
Чтобы убедиться в вышесказанном, вполне достаточно ознакомиться с содержанием трех широко известных открытых писем Алексея Френкеля, подготовленных им еще задолго до ареста. Возможно, их содержание еще до опубликования каким-то образом стало известно в высших эшелонах власти, за что он и поплатился своей свободой.
Френкель не стал уезжать из страны после убийства Козлова, хотя, по утверждению его близких, бывшему банкиру говорили, что его собираются "сделать" заказчиком этого преступления. Бегству Алексей Френкель предпочел суд присяжных. В своем "последнем слове" на суде банкир сказал: "Я был абсолютно убежден, что присяжные не могут осудить невиновного человека. Я был слишком самоуверен, и эта самоуверенность меня подвела…"
Президент Московской международной валютной ассоциации Алексей Мамонтов также отмечал: "Я не верю в то, что Френкель является участником и тем более организатором этого преступления. И, видимо, меня не убедят даже доводы суда и приговор суда. С кем бы я ни общался из своих коллег-банкиров, никто не верит. Всем известно: чтобы решить свои проблемы, Френкель обращался в суды. Он был в этом смысле не просто педантом, он был, что называется, фанатом в правовом решении всех вопросов".
Что касается расследования этого дела, то здесь не обошлось без генпрокурора Юрия Чайки. Наверняка многие помнят беседу Владимира Путина с Чайкой, показанную по Первому каналу в канун Дня работника прокуратуры, в январе 2007 года. На экране отчетливо было видно, что генпрокурору хочется хоть что-то доложить по делу об убийстве зампреда Центробанка. Когда представилась возможность, Чайка произнес: "По этому убийству мы очень эффективно работали в праздничные дни. И я должен сказать, что мы заметно в целом продвинулись по раскрытию этого преступления... Я должен сказать, как и обещал, это убийство будет раскрыто полностью".
Есть все основания предполагать, что Юрий Чайка не просто блефовал. Он собирался дать результат и дал его, но искать преступников он не обещал. Поскольку даже генпрокурор пренебрег презумпцией невиновности — одной из основ правосудия, — еще задолго до суда многие СМИ стали называть Френкеля "заказчиком убийства". Одно только это формировало общественное мнение о том, что Алексей Френкель виновен и наказание будет суровым. Такое положение вещей практически исключило вынесение в отношении экс-банкира оправдательного приговора, несмотря на доказательства защиты.
Противопоказания
Основанием для ареста Френкеля послужили лишь показания явно запуганной владелицы ресторана "Триш"Лианы Аскеровой, впоследствии ею же дезавуированные. Следствие тогда утверждало, будто Аскерова, явившись с повинной в правоохранительные органы, добровольно дала показания, что Алексей Френкель попросил ее найти киллера для убийства Андрея Козлова.
Примечательно, что в своих первых "показаниях" Аскерова заявляла, будто "заказ" был сделан ею в конце апреля, в то время как другие фигуранты дела говорили, что они начали "работать" под руководством некоего Андрея Космынина еще в марте. На него, как на организатора слежки, ссылались все фигуранты дела, кроме Френкеля, который, как сам утверждает, никогда с этим человеком знаком не был. Космынина арестовали еще 2 декабря 2008 года.
О том, как на самом деле происходила "явка с повинной", стало известно со слов самой Аскеровой. Владелица ресторана рассказала, что на Арбате ее грубо затолкали в машину, доставили в ГУВД и завели в помещение, где было 5-8 оперативных работников. Заявление о явке с повинной, как призналась Аскерова, она написала под диктовку оперативников и следователя. "Оперативники мне сказали, что по делу все известно и надо подписать документ. Я находилась в болезненном состоянии после операции. В связи с тем, что все это происходило на протяжении более семи часов, я совершенно устала, и все происходящее было мне безразлично. Протокол я подписывала автоматически, не читая его", — объяснила свои действия Аскерова.
Кроме того, как сообщила Лиана, представившийся ей защитником человек заявил, что ее все равно посадят, что дело политическое и надо подписывать документ. Все эти признания Лианы Аскеровой есть в материалах дела. В конце судебного процесса Аскерова заявила: "Алексей Френкель сидит здесь только потому, что я оказалась натуральной дешевкой".
По мотивам
По версии следствия, Алексей Френкель организовал убийство высокопоставленного чиновника Центробанка из мести за отобранную лицензию у возглавляемого им ВИП-банка. Однако, во-первых, Френкель сумел доказать в Арбитражном суде Москвы, что нарушения были незначительными, на основании чего отказ включить банк в систему страхования суд признал незаконным. А во-вторых, Френкель вскоре ушел из банковского бизнеса и в 2006 году, когда Центробанк принял решение об отзыве лицензии у ВИП-банка, уже более полугода не имел к нему никакого отношения.
Отметим, лицензию отнимал у банка не Андрей Козлов, а комитет банковского надзора, в который входят еще восемь человек. Зачем Френкелю убивать одного человека из девяти, принимавших решение прекратить бизнес, ему не принадлежащий?
Сам Алексей на суде говорил, что никак не может и не могу понять, "как вообще можно применить насилие". "Такое поведение не укладывается в систему моих ценностей. Я за свою жизнь ни одного человека не ударил. А тут меня обвинили в убийстве человека…" — рассказывал он. Экономист Михаил Делягин также писал в своем интернет-дневнике, что не верит в виновность" Френкеля. "Такие несовместимы с убийством, как отвертка несовместима с гвоздем... и убийцы, довольные и эффективные, сидят с нами в ресторанах за соседними столиками и планируют новые дела", — отмечал Делягин.
Зампред Центробанка Виктор Мельников на первом допросе очень подробно рассказал обо всех, кто мог быть причастен к этому преступлению. Но вскоре стало ясно, что можно не трогать устоявшиеся коррупционные схемы, а "назначить" заказчиком "доставшего всех" судебными исками Алексея Френкеля.
Адвокат Алексея Сергей Гребенщиков заявлял, что "в материалах уголовного дела подшиты распечатки прослушанных телефонных разговоров, которые позволяют составить вполне определенное представление, почему в жернова правосудия попал именно Френкель. Прослушка велась в августе — начале сентября 2006 года. Вот лишь одна из них: "На банк наезжают, он "чистый", но на него есть заказ. Его один раз предупредили, второй раз предупредили нормально поделиться, и он бы работал. Ему четыре года говорили: сотрудничай. А он только жалобы писал на всех. Ничего никому не платил. Он идет против ветра".
Как только было решено сделать "козлом отпущения" Френкеля, Мельников (и ныне занимающий свой пост) дал другие показания, "забыв" о первоначальных. А ведь сначала председатель Центробанка Сергей Игнатьев и его заместитель связывали убийство своего работника отнюдь не с ВИП-банком, а с банком "Дисконт". Мельников, например, в своих показаниях утверждал, что "Козлов лично звонил в 13 банков с просьбой заблокировать все деньги "Дисконта".
Здесь стоит напомнить, что еще в марте 2006 года в департаменте Центрального банка Андреем Козловым был подготовлен аналитический доклад об "отмывании" средств через иностранные банки целым рядом российских коммерческих организаций. Информация, содержавшаяся в докладе, была взята на проверку Департаментом экономической безопасности МВД, и к концу августа общая схема потока денег за границу через банк "Дисконт" была установлена. Речь шла о полутора миллиардах долларов, ушедших на счета прибалтийских банков, которые Козлов намеревался заморозить. Поэтому 31 августа он лично настоял на отзыве лицензии у банка "Дисконт".
Мало того, при непосредственном содействии Козлова в отношении этого банка было возбуждено еще и уголовное дело. Значит, ситуация, с банком "Дисконт" полностью вышла из-под контроля и должна была обязательно как-то разрешиться. И она разрешилась. Всего через пять дней, 13 сентября 2006 года, она разрешилась выстрелами на территории спорткомплекса "Спартак".
Уместно также обратиться к диалогу между следователем прокуратуры и Мельниковым, опубликованному газетой "Московский комсомолец".
Следователь: "Есть ли у вас версии в связи с убийством?"
Мельников: "В ходе проверки группы банков "Дисконт"... было выяснено крупномасштабное обналичивание... Банк активизировался по выводу средств... стал вести себя агрессивно. 13 сентября 2006 года [день убийства] в Департаменте экономической безопасности МВД РФ мы с Козловым обсуждали эту ситуацию с этими банками... а потом докладывали о разговоре Игнатьеву".
В свою очередь Игнатьев высказывал мнение, что тот, кто организовал схему банка "Дисконт", заказал и убийство Козлова.
Отметим, что эту версию мотива убийства, не укладывающуюся в заранее выстроенную схему, судья Мосгорсуда Наталья Олихвер категорически запретила даже оглашать в ходе судебного заседания.
По словам Сергея Гребенщикова, в официальном отчете об "отмывании" денег МВД Австрии говорится о том, что нельзя исключать связи между убийством Козлова и "коррупцией среди официальных лиц". Многие признаки подтверждают подобную связь. Представители прокуратуры и МВД Австрийской Республики распространили информация, из которой следует, что у следственных органов этой страны есть доказательства причастности к преступлению против Козлова не Френкеля, а других лиц, понесших крупные убытки в результате активных действий Козлова...
В деле Френкеля много таких несоответствий и откровенных фальсификаций.
Правозащитник Лев Пономарев так отзывался об этом деле: "Здесь уровень беззакония был демонстративно вызывающим, создавалось впечатление, что этот процесс — масштабная спецоперация. И очень быстро стало ясно, что именно Алексей Ефимович Френкель — ее главная мишень".
Например, так и осталось невыясненным, из какого оружия были убиты Андрей Козлов и его водитель. По версии следствия, роковые выстрелы были якобы произведены из найденных на месте происшествия пистолетов. Однако старейший криминалист Минобороны Сергей Зосимов, привлеченный защитой в качестве независимого эксперта, в категоричной форме опроверг это утверждение, заявив, что из такого оружия выстрелить вообще было невозможно из-за разницы диаметра стволов и обнаруженных на месте преступления стреляных гильз.
Но судья Наталья Олихвер не только отказала защите в проведении следственного эксперимента, но и удалила из зала всех присяжных заседателей во время оглашения результатов экспертизы Минобороны.
Поэтому, думается, не случайно процесс по делу об убийстве Андрея Козлова Мосгорсудом был объявлен закрытым со ссылкой на якобы поступавшие телефонные угрозы в адрес вдовы убитого Екатерины Козловой. Однако наличие этих угроз никакими специальными расследованиями подтвердить не удалось. Тем не менее процесс так и не открыли.
Заседатели под присягой
Присяжные подвергались жесткому давлению со стороны председательствующей. Заседателей не только удаляли из зала суда во время оглашения важнейших фактов, могущих привести к принятию ими решения о невиновности Френкеля, но и по надуманным поводам отстраняли от участия в процессе. Не случайно из 22 присяжных, изначально отобранных судом, к концу процесса осталось лишь 12.
Более того, в домах некоторых присяжных проводились обыски при том, что эти граждане, как судьи, имеют неприкосновенность!
Многие ли смогут оправдать незнакомого человека, когда на другой чаше весов оказываются собственная свобода и безопасность родных и близких людей? В коллегии нашлось только два таких человека.
Если же добавить к этому тот факт, что всех присяжных заседателей во время выступления Френкеля с "последним словом" удалили из зала суда, то общая картина будет еще более удручающей. 31 октября 2008 года, уже после вынесения вердикта, Френкель печально констатировал: "Я за весь процесс с присяжными общался только четыре часа". И это — "суд присяжных"?***
До сих пор непонятно отношение к коррупционным скандалам в финансовой и банковской сферах деятельности, а также к судебной расправе над Алексеем Френкелем официальных лиц высшего ранга. Правовая реформа, обещанная обществу, не состоялась. Коррумпированность государства достигла высшего предела, а состояние отечественного судопроизводства оставляет желать лучшего.
Кто найдет в себе силы потребовать найти истинных заказчиков убийства зампреда Центробанка Андрея Козлова? Разрешение этого знакового дела, признание судебных ошибок, отмена явно несправедливого приговора и новое расследование могли бы положить начало реальной судебно-правовой реформе в России.
Так кто же стоит за убийством Козлова?
Re: Обжалование приговора в Верховном суде РФ
Точка в деле или запятая?Верховный суд признал законным приговор Мосгорсуда, осудившего Алексея Френкеля
Верховный суд РФ сегодня признал законным приговор Мосгорсуда, осудившего банкира Алексея Френкеля к 19 годам лишения свободы за организацию убийства первого заместителя председателя Центробанка РФ Андрея Козлова. Таким образом, суд отклонил кассационную жалобу Френкеля, его адвоката и других осужденных.
Верховный суд снизил одному из подсудимых Максиму Прогляде срок наказания с 24 до 22 лет лишения свободы в колонии строгого режима.
"В остальном приговор Мосгорсуда оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных и их адвокатов без удовлетворения", - огласил решение один из судей кассационной коллегии. Суд также не стал отменять частные определения, вынесенные судом в адрес адвокатов за некорректное поведение.
Защита Френкеля не исключает возможности обращения в Европейский суд по правам человека.